Парфенова уволили с НТВ
Во вторник руководитель и ведущий программы "Намедни" Леонид Парфенов был уволен из телекомпании НТВ, передает РИА "Новости". В официальном сообщении телекомпании говорится, что Парфенов уволен за нарушение корпоративной этики. Трудовой договор обязывал Парфенова "поддерживать политику руководства телекомпании", и по мнению руководства НТВ, он это условие не выполнил.
Увольнение Леонида Парфенова связано с сюжетом "Выйти замуж за Зелимхана", запрещенным к показу на европейскую часть России. В основе сюжета – эксклюзивное интервью с вдовой господина Яндарбиева Маликой. Он должен был выйти в эфир в программе "Намедни" в воскресенье, 30 мая. Однако после трансляции на азиатскую часть России (из-за разницы в часовых поясах она проходит в середине дня по московскому времени) заместитель гендиректора НТВ Александр Герасимов издал письменное распоряжение о снятии интервью с эфира. После этого Леонид Парфенов дал интервью газете "Коммерсант", в котором расказал об обстоятельствах, при которых сюжет был запрещен к показу. Именно материал в "Комменсанте" и послужил основанием для обвинений в нарушении корпоративной этики.
Программа "Намедни" также будет закрыта. Генеральный директор НТВ Николай Сенкевич заявил, что "Леонид Парфенов, безусловно, один из наиболее талантливых журналистов на современном телевидении", однако телекомпания была вынуждена его уволить, так как "инцидент не был первым". Сенкевич пообещал, что телекомпания выполнит в полном объеме все содержащиеся в трудовом контракте Парфенова обязательства.
|
Комментарий
Этот живой эфир и по сей день остается "живее всех живых": Парфенов встает и уходит из кадра, где его соратники по опальному НТВ, сбившись в "могучую кучку", задорно и несломленно коротали ночь перед окончательным разгоном телеканала. И вслед ушедшему что-то кричал Дибров. А вслед за Дибровым и сопереживающие у телеэкранов граждане. По сути что-то близкое к восклицанию: "Так будь же ты проклят, предавший всех нас!". Где теперь Дибров? Где многие из тех, кто тут же, по свежим следам, скорбел о падшем товарище? А Парфенов все это время оставался на виду. Не изображал фигуру умолчания (понятно, протестного), не подался в безобидные жанры (понятно, из презрения к окружающему миру), не стал хранителем обид, нанесенных первому демократическому каналу постсоветского телевидения (понятно какому). Но так получилось, что именно на Парфенова переключились многие из тех, кто въяве и мысленно бунтовал под дождем возле Останкино, поддерживая всей душой Евгения Киселева и его команду. И битье ему, Парфенову, доставалось (и не раз) уже не заодно со всеми, а персонально и без движения масс под окна телецентра. Он продолжал "выступать", когда перестали высовываться даже самые отчаянные телесмутьяны 90-х. И добился главного: заставил эту власть обнажить свое "личико". Приказом о его увольнении, прежде всего.
Но чтобы вкусить аромат нынешнего телеэфира, важно оценить и другое: остались такие, как публицист Леонтьев. В короткой цитате, помещенной ниже, этот член "Единой России" не скрывает радости, что время Парфенова на ТВ кончилось, что ему воздали наконец-то за "резкие вещи в политическом плане" - теперь и самому можно обживаться на выхолощенном правом фланге, быть демократом среди притерпевшихся и утеревшихся. Но чтобы его свободомыслие не было паче чаяния принято за вызов властям, Леонтьев радуется и тому обстоятельству, что Герасимов "вряд ли самостоятельно принял такое решение". Это сигнал "туда" о полном своем понимании, что серьезные решения должны принимать серьезные люди, а не останкинская шатия-братия. И Леонтьев, привстав на цыпочки, испариной покрываясь от мысли - "а вдруг не услышат?" - вовсю сигналит о том, что с ним-то проблем не будет.
Проблемы были с Парфеновым. С Леонтьевым проблем не будет. Все проблемы намедни кончились.
|
|
Путин: признание в ненависти